Психосоматика частых ОРВИ у ребёнка
«Мой ребёнок болеет постоянно». С этой фразы начинается почти каждый разговор про часто болеющих детей. За ней стоит измотанный родитель, который третий месяц сидит на больничных и всерьёз считает, что с иммунитетом ребёнка что-то не так.
Скажу сразу то, что редко говорят на приёме: скорее всего, ваш ребёнок болеет в пределах нормы. Просто норма выглядит совсем не так, как принято думать.
Сколько простуд в год это нормально
Цифры такие. Здоровый ребёнок дошкольного возраста переносит примерно шесть – восемь эпизодов респираторной инфекции в год. Ребёнок, который ходит в сад, особенно в первый год, спокойно доходит до десяти – двенадцати. Школьник болеет пять-шесть раз, подросток около четырёх.
А теперь то, из-за чего возникает ощущение непрерывной болезни. Один эпизод длится от десяти до четырнадцати дней. Умножьте десять эпизодов на две недели, и вы получите примерно двадцать недель. То есть почти половину года ребёнок так или иначе будет с насморком, и это нормальный ход событий.
Отсюда простой пересчёт для родителя: считать надо не дни с соплями, а количество отдельных эпизодов за год. Обычно после такого подсчёта картина выглядит гораздо спокойнее.
Есть и вторая часть, которая утешает ещё больше. Эти инфекции нужны. Иммунная система в раннем возрасте учится, и учится она единственным доступным способом: встречаясь с возбудителями. Ребёнок, который пошёл в сад в три года, отболеет своё тогда. Ребёнок, которого держали дома, отболеет то же самое в первом классе.
Когда это уже не норма: признаки для иммунолога
Существует перечень настораживающих признаков. Наличие двух и более из них повод обратиться к иммунологу, а не просто к педиатру.
- четыре и более отита за год;
- два и более тяжёлых синусита за год;
- две и более пневмонии за год;
- необходимость внутривенных антибиотиков, чтобы справиться с инфекцией;
- глубокие абсцессы кожи или внутренних органов, повторяющиеся;
- стойкая молочница во рту или на коже после года жизни;
- две и более тяжёлых инфекции глубоких тканей;
- ребёнок не набирает вес и не растёт как положено.
Обратите внимание: в этом списке нет частых насморков. Значение имеет не количество простуд, а их тяжесть и то, как ребёнок из них выходит.
Почему ребёнок заболевает на каникулах
Это наблюдение есть у каждого родителя, и оно точное. Ребёнок держался всю четверть, дожил до пятницы, дотерпел до отпуска. И слёг ровно в первый день каникул, в субботу, на второй день на море.
Объяснение здесь физиологическое, а не мистическое. Восстановительные процессы в организме идут не в момент напряжения, а после него. Пока надо держаться, тело мобилизовано: сосуды сужены, воспаление подавлено, ресурсы брошены на то, чтобы функционировать. Когда напряжение спадает, начинается ремонт. А ремонт мы ощущаем именно как болезнь: температура, отёк слизистой, насморк, кашель, слабость.
Температура у ребёнка на первый день каникул означает не то, что он «расслабился и подхватил». Она означает, что до этого он держался, а теперь наконец может себе позволить не держаться.
В подходе, в котором я работаю, это описано как общая закономерность: симптом приходит в фазу восстановления, а не в фазу напряжения. Про то же самое я пишу применительно к спине, щитовидной железе и другим органам.
Практический вывод для родителя один и он очень конкретный. Когда ребёнок заболел, смотрите не на сегодняшний день, а на предшествующие недели. Что он вытерпел и что закончилось прямо перед тем, как он слёг.
Что именно ребёнок вытерпел
Дальше стоит понять, какие темы стоят за респираторными симптомами. В подходе они разделены довольно точно, и я разбираю их в отдельных статьях:
- насморк и гайморит: ощущение, что «чем-то нехорошо пахнет», что-то не так в ситуации. Подробнее в статье про насморк;
- горло, ангина: непроглоченный кусок, невозможность сказать. Подробнее про горло;
- кашель и бронхит: угроза на своей территории, что-то вторглось в пространство. Подробнее про кашель;
- разросшиеся аденоиды: не могу получить желанное или не могу избавиться от нежеланного. Про аденоиды есть отдельная статья.
Для ребёнка события, стоящие за этим, выглядят иначе, чем для взрослого. Сад, где всё чужое. Воспитатель, который кричит. Место в группе, которое надо отвоёвывать заново каждый день. Родившийся младший. Родители, которые ссорятся за стеной. Про то, какие события в детской жизни оказываются значимыми, я пишу в общей статье про детскую психосоматику.
Про адаптацию к саду
Самый частый сценарий, с которым приходят родители, выглядит так. Ребёнок пошёл в сад, две-три недели держался молодцом, а потом начал болеть без остановки.
В этом сценарии полезно понимать вот что. Первые недели ребёнок был мобилизован: новое место, надо справляться. Дальше происходит одно из двух. Либо он привыкает, напряжение спадает, и начинается тот самый ремонт. Либо он не привыкает, и тогда болезни становятся способом получить передышку.
Различить эти варианты можно по тому, что происходит с ребёнком дома. В первом случае он про сад рассказывает, играет в него, называет друзей. Во втором про сад не говорит вовсе или говорит с напряжением, а утром начинается сопротивление.
Второй вариант это не повод немедленно забирать ребёнка из сада. Это повод разобраться, что там происходит: с кем именно, в какие моменты дня, что конкретно тяжело.
Отдельно про тревогу родителя
Скажу об этом бережно, потому что тут легко скатиться в упрёк, а упрекать мне не за что.
Дети очень точно считывают состояние взрослых. Если каждое покашливание в доме встречается тревогой, если ребёнка при первом чихе укладывают и начинают лечить, если разговоры о здоровье занимают заметную часть семейной жизни, ребёнок усваивает, что болезнь это важное событие, вокруг которого всё вращается.
Это не значит, что вы виноваты. Это значит, что тревога заразительна, и снижение вашей тревоги само по себе меняет обстановку в доме. С этого я нередко и начинаю работу, потому что помочь родителю практически проще, чем ребёнку.
Не получается нащупать то самое событие? Это нормально. Психика прячет такие эпизоды именно потому, что они были тяжёлыми, и в одиночку до них добираются редко. Это и есть то, что мы делаем на встрече.
Вопросы, с которых стоит начать
- Сколько именно отдельных эпизодов было за последние двенадцать месяцев? Посчитайте, а не оценивайте на глаз.
- Есть ли закономерность: время года, дни недели, определённые события, поездки к кому-то?
- Что происходило в жизни ребёнка в те недели, когда началась череда болезней?
- Как ребёнок говорит про сад или школу? И как он ведёт себя утром перед выходом.
- Что меняется в доме, когда ребёнок болеет? Кто оказывается рядом, что отменяется, как разговаривают.
Как я с этим работаю
Мы разбираем не иммунитет, а то, что происходит вокруг ребёнка. С детьми младшего возраста я работаю через родителя: на консультации мы с вами собираем линию времени, смотрим на закономерности, разбираем, что именно ребёнку тяжело и что можно изменить в реальности. Довольно часто уже на этом этапе становится видно, что череда болезней началась не случайно и не с иммунитета.
Работаю я при этом с семьёй, а не с ребёнком отдельно. Ребёнок живёт внутри системы, и рычаг почти всегда находится у взрослых: в том, как в доме разговаривают, о чём молчат и чего от ребёнка ждут. Разобрать его переживание и вернуть его в ту же обстановку значит сделать половину работы. Поэтому я предлагаю приходить обоим родителям, если такая возможность есть. Это не поиск виноватого, вины родителей в детских симптомах нет, это про то, где приложенное усилие действительно что-то сдвинет.
Отдельная часть работы касается вас. Родитель, который третий месяц на больничных и живёт в постоянной тревоге за ребёнка, сам находится в тяжёлом состоянии, и это состояние стоит того, чтобы им заняться. Не ради ребёнка, а ради вас.
Психологическая работа идёт рядом с педиатром, а не вместо него. Назначения я не отменяю и не даю.
Подход у меня интегративный, он сочетает элементы разных техник: эмоционально-образная терапия, гипнотерапия, гештальт, психокатализ, регрессионные, расстановочные и прочие. Какой инструмент понадобится, зависит от человека, а не от диагноза.
По опыту моей практики чаще всего запрос решается за одну-три встречи. Но бывают глубокие истории и масштабные запросы, где работа идёт продолжительнее.
Гарантий, что симптом уйдёт, я не даю и советую насторожиться, если такие гарантии вам кто-то даёт. При этом за не одну сотню консультаций я вижу, что облегчение наступает у большинства клиентов. С детьми, по моим наблюдениям, изменения нередко происходят быстрее, чем со взрослыми.
Посчитайте эпизоды за год и спросите себя: ваш ребёнок правда болеет чаще нормы, или вы просто очень за него боитесь?
Разобрать вашу историю
Начнём со встречи-знакомства на 20 минут: расскажете, что происходит, я скажу, вижу ли, с чем здесь можно работать. Без обязательств продолжать и без оплаты.
Если почувствуете, что мы подходим друг другу и вы готовы поработать, назначим онлайн-консультацию по видеосвязи, это как правило до 1,5–2 часов. Чаще всего запрос решается за одну-три встречи.
Что почитать дальше
- Психосоматика у детейОбщая рамка для всех детских тем: с неё стоит начать
- АденоидыСмежная тема: почему ребёнок болеет так часто и сколько это норма
- Кашель, бронхитСоседний этаж дыхательных путей и родственная тема
Работаю в интегративном подходе: экзистенциальная и эмоционально-образная терапия, гипнотерапия, гештальт, психокатализ. К психосоматике пришёл через собственную боль в спине. Подробнее обо мне